Сенат Конгресса США вчера утвердил кандидатуру Кевина Уорша в Совет управляющих ФРС. За соответствующее решение проголосовал 51 сенатор (в том числе и один сенатор-демократ), тогда как 45 выступили против. Голосование прошло практически строго по партийной линии: республиканцы поддержали кандидатуру Уорша, а демократы – за исключением Джона Феттермана – подвергли это назначение резкой критике.
Сегодня Уорша должны утвердить на должность председателя Федеральной резервной системы. Учитывая итоги вчерашнего голосования, этот процедурный этап, вероятнее всего, пройдет без каких-либо сюрпризов. То есть можно сказать, что Уорш уже фактически без пяти минут глава Федрезерва.
Трейдеры eur/usd пока что игнорируют «фактор Уорша», сосредоточившись на геополитической повестке. По большому счету, процедурный аспект его назначения был отыгран ещё на этапе одобрения кандидатуры профильным банковским комитетом Сената. Тогда, к слову, ещё сохранялась определённая интрига – в ходе согласования Министерству юстиции пришлось закрыть уголовное расследование в отношении Джерома Пауэлла, после того, как несколько сенаторов-республиканцев настояли на выполнении этого условия.
Таким образом, процедурная часть назначения фактически отошла на второй план, уступая место более важному для рынков вопросу – какой монетарной «философии» будет придерживаться Уорш – ястребиной или голубиной?
Этот вопрос отнюдь не тривиален, принимая во внимание его реноме и явную политическую близость к Дональду Трампу.
Если оценивать Кевина Уорша по классической шкале «ястреб/голубь», то исторически он скорее относится к лагерю «ястребов». В период 2006-2011 годов, когда он входил в Состав управляющих ФРС, он последовательно выступал за жесткий контроль над инфляцией, критиковал избыточное стимулирование и довольно скептически относился к ультрамягкой эпохе QE.
Поэтому многие участники рынка и аналитики склонны воспринимать его исключительно как «ястреба», не принимая во внимание историческую ретроспективу и условия, в которых формировались его взгляды. Здесь необходимо напомнить, что период 2006-2011 годов, когда Уорш входил в состав Совета управляющих, пришелся на достаточно специфическую макроэкономическую эпоху. Сначала – перегрев американского ипотечного рынка и нарастание финансовых дисбалансов, затем – глобальный кризис 2008 года и, в конце концов, последующий режим «тушения пожаров», то есть экстренного монетарного стимулирования. Федрезерв перешел к политике нулевых ставок и масштабному количественному смягчению, фактически расширив инструментарий за пределы «классической» монетарной парадигмы.
Именно в этом аспекте следует рассматривать жесткую риторику Уорша, которую он тогда озвучивал: акцент на необходимости контроля инфляционных ожиданий, осторожное отношение к расширению баланса и скепсис в отношении длительного применения нестандартных стимулов. Но по сути, это была реакция на беспрецедентность происходящего, а не идеологическая «ястребиность» в чистом виде. Он пытался (стремился) сохранить традиционную архитектуру денежно-кредитной политики в условиях, когда система активно переходила в режим антикризисного управления.
Можно ли переносить эту позицию двадцатилетней давности на текущую макроэкономическую реальность? На мой взгляд, такой перенос выглядит некорректным.
Ведь современная макроэкономическая среда принципиально иная: инфляция носит более устойчивый характер, долгосрочные ставки остаются повышенными, а баланс ФРС уже прошел фазу экстремального расширения, став частью «новой нормы» посткризисной экономики. Если в 2008-2011 годах ключевым риском была дефляция и системный коллапс, то сегодня регулятор действует в условиях более устойчивой инфляции и существенно более ограниченного пространства для маневра.
О чем это говорит? Прежде всего о том, что ранняя позиция Уорша отражала не «универсальную догму», а ситуативную реакцию на шоковую трансформацию монетарной политики.
Именно поэтому его сегодняшняя интерпретация как «ястреба» требует важной оговорки: речь идет скорее о приверженности дисциплине баланса и институциональной осторожности, чем о неизменной жесткости вне зависимости от экономического цикла.
При этом назвать Уорша «голубем» в полном смысле тоже нельзя, хотя его риторика в последнее время действительно стала заметно мягче и более гибкой по сравнению с периодом 2006-2011 годов. С одной стороны, он по-прежнему сохраняет базовый «якорь» прежних взглядов: акцент на инфляции, критика избыточного баланса ФРС, настороженность к чрезмерной коммуникации и скепсис к долгосрочным (это ключевое слово) последствиям мягкой политики. Иными словами, «ястребиный каркас» формально сохранился. Но с другой стороны, в текущем цикле Кевин Уорш выглядит гораздо более чувствительным к рискам замедления экономики, роли производительности (включая эффект AI) и необходимости более гибкой реакции на ухудшение макроэкономических данных.
Образно говоря, его риторика стала «более нюансированной» – он всё чаще допускает возможность снижения процентной ставки при ослаблении инфляционного давления.
Что это означает для трейдеров eur/usd? Основной вывод, на мой взгляд, заключается в том, что рынок получил во главе ФРС не «классического ястреба» образца 2008 года, а гораздо более гибкого и адаптивного председателя, который при сохранении «антиинфляционной» риторики может оказаться более чувствительным к рискам замедления экономики, чем Джером Пауэлл. Это означает, что первоначальная поддержка доллара на фоне назначения Уорша может со временем ослабнуть, особенно если макроэкономическая картина в США начнет ухудшаться, а инфляционное давление – замедляться. В таком случае рынок достаточно быстро вернётся к теме снижения процентной ставки ФРС, оказывая давление на гринбек.
При этом говорить о полном разрыве с «эпохой Пауэлла» также преждевременно. Судя по последним заявлениям Уорша, он, как и Пауэлл, намерен сохранять гибкость и ориентироваться прежде всего на поступающие макроэкономические данные, а не на заранее заданную (Трампом) траекторию политики.
Однако если Джером Пауэлл делал ставку на предсказуемость и, так сказать, активное управление ожиданиями рынков, то его преемник, вероятно, будет проводить более осторожную и менее прозрачную коммуникационную политику, сохраняя при этом более жесткий подход к вопросу баланса ФРС.
На сегодняшний день все внимание трейдеров валютного рынка по-прежнему приковано к геополитической повестке, которая продолжает определять общий уровень антирисковых настроений. На этом фоне «фактор Уорша» пока остается в тени и не оказывает прямого влияния на динамику пары eur/usd и других долларовых пар. Но как только США и Иран достигнут соглашения (рано или поздно это произойдет), инвесторы неизбежно вернутся к переоценке среднесрочной и долгосрочной траектории политики ФРС уже при новом председателе. И тогда риторика, стиль коммуникации и первые решения Кевина станут одним из ключевых фундаментальных драйверов для доллара.
Учитывая ястребиное реноме Уорша, его практические шаги могут в конечном счете оказаться менее жесткими, чем ожидает рынок, особенно в случае деэскалации ближневосточного конфликта и ослабления энергетической напряженности. В таком случае гринбек окажется под существенным давлением – не только за счет улучшения глобального аппетита к риску, но и из-за вероятного разрыва между «ожиданием» и «реальностью». Впрочем, на текущем этапе ключевым драйвером валютного рынка остается геополитика, тогда как «фактор Уорша» пока носит вторичный характер. Ключевой вопрос – «Кто вы, Mr. Warsh?» – пока остается открытым и для рынков, и для ФРС.
*Ұсынылып отырған нарық талдауы ақпараттық сипатта және мәміле жасаудың нұсқаулығы болып табылмайды.
ИнстаФорекс компаниясы ұсынған аналитикамен Сіз әрдайым нарықтық трендтер туралы білетін боласыз! ИнстаФорексте тіркеліп, табысты сауда үшін көптеген тегін сервистерге қол жеткіз.
